Глава 12. Поговорим?

– Никита, не нужно злиться, – я выставила ладони в защитном жесте. Мне было страшно, а кому будет не страшно, когда на тебя надвигается двухметровая махина с перекошенным лицом.

Он неожиданно остановился и поморщился, подняв руку, потёр переносицу, и тут я заметила, что на его запястьях проступили яркие чёрные полосы. Неужели он до такой степени разозлился, что пытался использовать магию?

– Поговорим? – ещё немного отступив, тихо спросила у «хозяина».

В душе завязывался кисло-горький клубок. Мне совершенно не хотелось говорить с ним о том, что происходит в этом магическом, совершенно чужом мне мире. Единственно желание, что испытывала я – это вскочить на Вишню и ускакать как можно дальше. Да кто же позволит? Злость вновь закручивалась в районе живота и поднималась к сердцу. Мысленно пытаясь себя успокоить, посмотрела вниз на ноги.

– Поговорим, – хрипло произнёс Никита, присаживаясь на обшарпанную скамью возле дома. – Что это за конь? Почему его зовут Вишневский? Я был в доме Вишневских и ни раз, пусть несколько лет назад, но в этой семье не воспитывалась магичка по имени Виктория и лошадей они не держат. Так откуда ты?

– Разве это имеет значение, откуда? – осмелившись подойти поближе, села на скамью рядом с ним. – Я сразу сказала судье, что не знаю эту семью, просто так совпало, что у моего коня такая звучная кличка. – Никита какое-то время смотрел на облака. – Лучше расскажи мне, за что тебя в кандалы и на каменоломни отправили? Тебе там вообще платят?

– Дело давнее, не на ту сторону встал при разделе власти.

– И долго тебе ещё так? – кивнула на руки.

– До особого королевского приказа. Да только последнее время обвалы в шахте часто происходят, могу и не дождаться.

– Часто бывает королевская амнистия? – спросив, дотронулась до тёмной полосы на его руке.

– По большим праздникам. И да, заранее скажу, чтобы не спрашивала. Ради детей, перед каждым праздником отправляю прошение, но положительного ответа не получал.

– А ты не пробовал попросить о переводе с тяжелой работы, пусть хотя бы в поле? Частичная амнистия бывает?

– О таком не слышал, – пожал плечами Никита. – Хочу тебя огорчить Виктория, но с конём ты попрощаешься. Три серебряных не собрать. Зная мои возможности, даже ростовщик не даст в долг.

– Подожди нос вешать, идём в дом, – схватив мужчину за руку, потянула за собой. Если бы он сам не встал, то я бы и с места не сдвинула его. – Скажи, дома ты питаешься, как мышь. Тебя в шахте кормят? Такие мышцы, такой рельеф, – последние слова пробормотала себе под нос.

Никита грустно рассмеялся.

– Почему ты не знаешь таких элементарных вещей? Или пытаешься подшутить надо мной? Никто меня не кормит, магия бурлит внутри, выхода не находит, преобразовывается в мышцы и питательные вещества. Можно сказать, что я живу на своих резервах. Года два ещё протяну.

– Ё-маё, как всё запущенно, – вздохнула я и, остановившись, посмотрела на Никиту. Мне стало жалко, и его, и детей, до боли в сердце. – Какой-то замкнутый круг, со всех сторон обложили. Что будет через два года, когда магия закончится?

– Уйду за грань, – ответил он.

– А если ты будешь хорошо питаться, то сколько протянешь? – мысли вернулись к дорогим травам.

– Да как все люди без магии могу протянуть, лет тридцать-пятьдесят.

– И сколько лет живут маги? – не стоило задавать этот вопрос, Никита резко остановился и дёрнул меня на себя, моё лицо впечаталось в широкую грудь.

– Отпусти, – зашипела я, дёргаясь. Но куда там, силы неравны.

Вглядываясь в мои глаза, и не отпуская рук, Никита спросил:

– Кто ты такая? Откуда? Говори! Иначе…

– Что иначе? Сдашь судье на расправу? Что ты там себе придумал? – негодовала я.

– Ты очень странная, задаёшь такие вопросы, ответы на которые знают даже дети. У тебя есть магическое животное необъятной силы. Ты знаешь, сколько в нашем королевстве магических животных такой силы и размера? Есть мыши, кошки, насекомые, знаю семьи, в которых тигры-защитники, соколы и мелкие птицы. Но лошадей?.. Нет, такого я не слышал. А чтобы магическое животное урчало и показывало яркие всполохи магии, единицы. Подобное я видела у королевского сокола разве.

Видя, что я молчу, он прищурился и произнёс:

– Неужели тебя прислал король убить меня по-тихому? Травами отравить? Ты что-то подсыпаешь в еду?

От такого предположения я впала в ступор.

– С ума сошёл? Умнее мыслей в голову не пришло? Будет его величество такой ерундой заниматься. Не легче тебя в шахте завалить? – от необоснованных обвинений я начала кричать. – Не слишком ли замудрёный план? Или ты ещё скажешь, что я виновата в смерти мужа-старика? Только бы к тебе подобраться? Каким камнем сегодня приложило твою головушку?

Никита потёр затылок. Похоже, и в самом деле ему сегодня прилетело.

– Прости, тяжелый день был, сам не понимаю, что несу, – он вновь притронулся к голове.

И я решилась, мне нужно хоть кому-то довериться или я сойду с ума. Мир чужой, законов не знаю, повязана договором. Сейчас мы с Никитой в одной лодке, вдруг я смогу хоть как-то облегчить его жизнь, собирая травы и продавая их. Вдруг получится откупится от навязанного брака?

– Хорошо, я расскажу свою историю, но поклянись, что и пальцем меня не тронешь, а главное, не расскажешь о нашем разговоре ни одной живой душе.

– Клянусь своей заблокированной магией, что не причиню вред Виктории Ламарк, узнав её секрет, – желтые всполохи окутали наши руки и исчезли.

Получается, что магия заблокирована да не до конца?