Глава 45

Ройберг

— Располагайся, — я небрежно махнул другу на кресло. — Как Крис?

— Пришел в себя. Уже лучше. Но упорно отказывается лечиться или же говорить, что с ним, — нахмурился Торвальд.

— Упертый идиот.

— Как и каждый из нас.

— Император в курсе?

— Нет, — качнул головой Торвальд и расстегнул верхние пуговицы мундира, растер шею. Было видно, что друг не спал все это время. Впрочем, как и я. Сон — это роскошь.

— Ну хоть тут нормальные новости, — пальцы сами собой начали барабанить по резному подлокотнику. Стоило начать разговор.

— Так чего звал? Забирать Мариссу от тебя я не буду. Крису не до того. А она, судя по всему, справляется.

Почти зарычал. Но не зверь, которому было плевать на супругу. А я сам, кровь вскипела в венах. Мысль, что её кто-то хочет забрать, отравила.

Торвальд прищурился и внимательно стал рассматривать меня. Это в мои планы не входило.

— Твои руны.

— Последний рубеж, — подтвердил я.

— Дальше только ликвидация, Рой, — Торвальд потер предплечье. Там были ещё одни руны, которые связывали друга со мной и только в одном случае.

— Знаю. И ты тоже знаешь, что рано или поздно я бы дошел до своего порога.

— Слишком быстро, Рой. С этими рунами можно жить до сотни лет.

— Очевидно, не в моём случае.

— Неужели Марисса не та самая? Я читал отчёт о её перерождении, как и опросил очевидцев. Ничего не понимаю, — хмурился Тор. — Она ведь могла заменить тебе истинную. Черт возьми! — всё же не выдержал друг и последнее прорычал.

— Мы не боги, чтобы соединять души. И правило, что нам дарована одна на всю жизнь, есть закон.

— Да мало ли что за закон. Фениксы тоже вымерли дохрелион лет назад. Так нет же… вот одна вскоре взлетит в небо! — он сжал кулак и ударил им по столу. — Что мы будем делать без тебя! Сам знаешь, как сейчас всё нестабильно. Гребаные лаосцы только и ждут, чтобы поглотить нас, — Торвальд подался вперёд и сверлил меня взглядом.

— Успокойся, — жёстко припечатал я. — Не хватало ещё, чтобы и ты перешёл ступень рун.

— Чертовы твари что-то сделали с нами. И нам надо всё выяснить! А ты сейчас сидишь и такое впечатление, что прощаешься. Рой, я не узнаю тебя, — дракон Торвальда подошел к поверхности сознания, глаза друга изменились. Не только мы любили дружить, но и наши звери нашли общий язык.

«Прости, старина, но твоего собрата больше нет. Он безумен. Мне жаль».

Ящер Торвальда отступил и кажется его болезненный рев был слышен у меня в сознании. И по лицу Торвальда я понял, что именно так и было.

Зато это привело Торвальда в чувства.

— Говори, зачем звал, — устало потер он переносицу.

— Я хочу, чтобы ты забрал Мариссу себе в академию и занялся её обучением. Вот план. Я разработал его под неё и на основе моих скудных знаний о фениксах. Тут её успеваемость и полный отчёт о практике. О перерождении тоже прилагаю все отчёты.

— Ты что, бредишь? Сам отдаешь её?

— Нет. Так надо. И ещё хочу, чтобы за ней наблюдал лекарь. Только нормальный, не как тот, который сначала говорит, а потом делает. Хватит уже одного придурка, что спровоцировал её перерождение раньше времени. Это… стоило слишком дорого… нам…

Вспомнил о ребёнке. Хотя кому я вру, я ведь и не забывал никогда.

Моя девочка могла хотя бы попытаться родить, я бы нашёл лучших лекарей, которые бы помогли ей.

А уже потом стать неуязвимым фениксом. Но нет… судьба так жестока.

— Рой…

— Торвальд. Не спорь и сделай, как прошу.

Друг сверлил меня тяжёлым взглядом. Но мы слишком хорошо знали друг друга.

— Я не позволю тебе перейти рубеж, — процедил он. — Сколько ещё времени?

Я усмехнулся. Но не ответил ему. Это сейчас не главное.

— Есть у тебя толковый лекарь, который не будет трястись при виде феникса?

Торвальд помолчал, а потом откинулся на спинку кресла и скривился, как от лимона.

— Что?

— Есть. Очень толковая. Даже сверх меры талантливая.

— Чувствуется какое-то «но».

— И оно есть, поверь друг. Но лучше её точно нет, — Торвальд обреченно вздохнул, а потом словно решился. — Это Элен.

Я помолчал. Перебирая всех женщин с этим именем, ведь я должен был ее знать, судя по лицу друга.

— Не хочешь же ты сказать, что это та самая Элен Рих?

Я даже подался вперёд от изумления.

— Именно.

— Она же ещё адептка?

— Нет. Время слишком быстро прошло для нас. Она выпустилась и теперь дипломированный лекарь. И не только талантливая молодая мэтресса, но и…

— Но и…

— …огромная заноза в драконьей заднице, — пробурчал Торвальд и сжал подлокотники так, что те рассыпались в труху.

— Бездна.

— Ага.

— Она уже тогда впечатляла. Не представляю, на что способна сейчас. Но я спокоен. Кстати, а тот взрыв никак не связан с ней?

— Заткнись, — проворчал взбешённый Торвальд. Я рассмеялся.

— О-о-о!

— Заткнись, я сказал. Давай к делу. Мариссу я забираю. Лекарь есть. Что ещё?

— Прямо сейчас забирай. Вот приказ, чтобы по документам было всё гладко. Тут её официальный перевод.

— Давай. Но, Рой, что ты задумал?

— Может расскажешь мне об Элен? — ответил вопросом на вопрос.

— Чёрт с тобой. Не хочешь — не говори, — отмахнулся Торвальд, принимая мою просьбу.

И тут открылась дверь, и в неё влетела взбешённая супруга.

Я не врал, когда говорил, что она прекрасна в гневе.

Наверняка даже не замечала, что в этот момент искры пробегают по её белоснежным волосам. А глаза почти в прямом смысле слова метают молнии. На дне её глаз была огненная геенна.

Это было завораживающе красиво. Невероятно.

— Как это понимать, Ройберг?

Вся она, возмущённо разозлённая, заставляла на себя смотреть. И даже Тор замер от этого потрясающего вида. Только не с мужским интересом, а чисто научным.

Теперь, по прошествии трёх лет со дня войны и нашего тяжелого ранения, он направил все свои силы на восстановление престижа Северной академии и на улучшение показателей этой академии по всем параметрам. И тут такой самородок будет учиться в его академии.

С Торвальдом было интересно соревноваться в этом плане. Как жаль, что больше этого не повторится.

Я так хотел запомнить свою супругу улыбающейся, но запомню возмущенно злую.

И всё равно прекрасна. Нет прекраснее воплощения для стихии огня.

Не знаю, как так получилось, что способствовало пробуждению в ней феникса, и я бы обязательно это выяснил, будь у меня достаточно времени.

Но думаю, она и сама это сделает, когда будет готова.

Моя огненная девочка, моя феникс.

Я хотел подойти, взять её за руку, поцеловать её ладони, а потом упасть на колени и прижаться к ней, чтобы она перебирала мои волосы и напевала песню, как любила это делать у нашего камина.

Но время любви прошло… Безвозвратно.

Сказать, что истинность была благословением я не мог. Помню, как сначала радовался, когда встретил свою истинную, а потом, когда понял, что она за человек, уже не оставалось и шанса на разрыв.

Небеса не всегда знали, что делали.

Или просто иногда ошибались. Как в моём случае.

Но я всё равно думал, связь компенсирует мелочный и склочный характер истинной, что она изменится, ожидание примирит её с положением дел и тем, что я пока не могу быть с ней рядом, ведь на мне лежала ответственность за сотни жизней бойцов.

Но… вышло то, что вышло.

А вот с Мариссой всё иначе. Это был мой осознанный выбор. И я бы, видят боги, никогда не оставил бы её.

Она ещё молода. Найдет себе… кого-то. Хотя эта мысль вызывает лютое бешенство моей человеческой части. Дракону-то было плевать.

Он желала только крушить и рвать.

По мне Марисса убиваться точно не будет. Я приложил все силы. Постоять за себя она точно сможет. Торвальд не оставит её. На друга можно было положиться, как и на Криса.

Потому вместо слов о любви произнёс:

— Торвальд. Забирай её.

Наполненные огнём глаза полыхнули, Марисса сжимала кулаки, поджала свои пухлые губы.

Пряди белоснежных волос разметались вдоль прекрасного лица. Как же она красива.

Гнев в её глазах сменился всепоглощающей обидой.

Я видел, что она хотела что-то сказать. Да много всего высказать, но присутствие друга ректора сдерживало её.

Я смотрел ей в глаза, пока мой друг по-военному чётко и быстро формировал портал. Мы были пойманы в силки взаимными взглядами.

Я запоминал её. Каждую черточку. Каждый изгиб. Пальцы гудели от желания прикоснуться, даже моё сердце рвалось к ней. Билось о рёбра, чтобы выпрыгнуть.

Встал. Не выдержал. Когда Тор уже взял её под локоть, чтобы подтолкнуть вперёд.

Оказался перед ней. Заключил её лицо в свои руки.

Склонился быстро, пока не передумал и всё не полетело к чертям собачьим.

Оставил короткий поцелуй на её лбу.

Закрыл глаза, вдыхая в последний раз запах огня и пиона и ещё чего-то, чего не мог понять.

Она даже пахнуть стала иначе, но всё так же бесконечно соблазнительно.

И отстранился так же резко, как оказался рядом. Кивнул Торвальду, и он, не мешкая, утянул её в портал.

А я всё так же продолжал пялиться в пустоту. В то место, где она только что стояла. А теперь её тут не было.

И только спустя долгое время я отдал приказ, чтобы её вещи собрали и перевезли в Северную академию порталом. Немедленно.

А потом у меня оставалось ещё пару незавершённых дел.

Уже спустя два часа я был сутках пути от столицы.

Без проблем открыл кованную калитку и прошёл по брусчатке до самого ухоженного и аккуратного домика.

Постучал в дверь, а пока ждал хозяйку, спустился с крыльца и сел на удобную деревянную скамейку, смотря в ухоженный сад с розами.

Входная дверь открылась без скрипа. Тяжёлые шаги раздались сбоку от меня. Рядом присела женщина.

— Снова ты... Ройберг. Хватит уже. Ты женат давно, а всё помогаешь нам. Не нужно. Было расследование. Нас бы вообще выслали как семью предателей. А ты... спрятал. Дал новую жизнь, помог сыну. Мальчик растет и не знает о прошлом. Найдёт своё место в будущем. Помог открыть лавку, — говорила Мара, мать моей погибшей истинной. — Только вот сам так и не начал жить.

— Поздно для меня.

— У тебя супруга молодая. Всё забудется. Ты хороший лорд. Мало таких. Позволь себе стать счастливым. А память о моей дочери оставь нам с мужем, — Мара дотронулась до моей руки, сжала её. Я повернулся в её сторону. Как же они были похожи. Только у Мары уже были морщинки вокруг глаз и легкая седина на висках. Она человек, и возраст берёт своё. Я снова повернулся в сторону маленького, но уютного сада. — Не приходи сюда больше. Живи. Не оборачивайся на прошлое.

— Это в последний раз.

— Ну слава богам, — одобрительно и тепло произнесла Мара.

Я оставил ей бумаги, подтверждающие пожизненное содержание семьи и рекомендательное письмо для Дени в академию к Торвальду от моего имени на скамейке. Сам встал и больше не оборачиваясь скрылся в портале.

Еще не все дела были закончены.