Глава 22

- И что? Помогает? - спросила я, весьма удивленно.

Идея обзавестись такой же меня заинтересовала.

- Конечно помогает! - усмехнулась Сарра. - Раньше конюх меня того и глядишь за задницу ухватит… Или посыльный какой прибежит, и тоже норовит ущипнуть… Или какие-то непристойности шепчет, поймав в коридоре. А как бант появился, так сразу все прекратили! Я еще и рассказала, что мой будущий муж - чародей! И тут даже у конюха рука не поднялась. Магов все боятся!

- А с чего ты решила, что он чародей? - усмехнулась я.

- Ну… Понимаете, госпожа… Когда я была маленькая и жила в деревне, одна женщина старая - престарая мне нагадала, что я выйду замуж за чародея! - не без гордости произнес Сарра. - А еще он очень богатым будет! Мне все девочки на деревне завидовали! Им то то пастуха, то лесоруба нагадала… Одной вообще свинопаса! А у меня целый чародей! Жаль, бабушка старая была, два года назад ее не стало…

А я уж хотела бежать туда и будущее узнавать. Зато я нашла еще несколько атласных лент.

- Я тут подумываю, а не сделать ли мне бантик? - спросила я, доставая обрезок ленты. - Чтобы мой муж решил, что служанка Агнес уже занята. И приставать к ней не надо!

Сарра взяла у меня из рук коричневую ленту и стала что-то крутить, а потом отколола от воротника английскую булавку и стала собирать ленту в бант.

Потом, заставив меня сидеть ровно, она приколола мне ленточку, словно орден.

- Ее можно еще на шее носить. Чтобы всем видно было. А то на одежде, если фартук наденешь, перекалывать придется, - рассказала Сарра.

Я посмотрела на свое отражение, потом потрогала бант, и осталась целиком довольна.

- Сарра! - послышался требовательный голос мачехи. Сарра бросилась обратно, а я стала ждать своей очереди.

- Агнес! - послышался требовательный голос мачехи. Я встала с кровати и направилась вниз. Сейчас было время позднего ужина, который появлялся в расписании хозяев, когда дома были гости.

Я сбежала по скрипучим ступеням, поднимая целые облака пыли.

- Агнес! - послышался голос мачехи, а я покорно вошла в комнату, видя генерала, который сидел в кресле.

- Сделай нам чай, - приказала мачеха, а я подошла к подносу и стала заваривать чай.

Опять этот взгляд. Такое чувство, словно мне в спину шурупы вкручивают. Я старалась не думать об этом, чтобы не выдать волнения.

- … с бывшим хозяином вашего поместья я была немного знакома, - послышался голос мачехи. - Я бы не назвала это дружбой. Мы все дружили, как подобает дружить соседям. Званые ужины, обязательные визиты, поздравления с праздником, сплетни за спиной, зависть и мелкие гадости…

Я поднесла поднос с двумя кружками к столу, поймав взгляд дракона. Его глаза увидели бантик на моей груди, а я сделала шумный вдох, словно немного обожглась о кружку.

- Можно мне еще сахара? - спросил генерал, а я сглотнула и положила ему в чашку отколотый щипцами кусочек.

Я физически ощущала этот взгляд. И мне он совсем не нравился.

- О! Я и не заметила! - послышался голос мачехи. - Агнес! Поздравляю с помолвкой!

- Спасибо, - смутилась я, глядя на мачеху. Она была в восторге от моей идеи. - Мои родители давно подыскивали мне жениха… А тут я выбрала сама. Я как раз хотел поговорить с вами на счет маленького приданого…

По глазам мачехи было видно, что тему я развиваю правильно.

- О, генерал, у нас тут очень странный дом, - рассмеялась мачеха. - Девушки у нас не задерживаются! Все служанки сразу вылетают замуж. Они думают, что это счастливое место. А мне кажется, что дело в приданном, которое я дарю! Расскажи, как себя чувствует твой отец?

- Уже лучше, - кивнула я, поддерживая театр. - Бедный папа долго болел. Думали, что уже не встанет… Матушка так извелась…

Я почувствовала себя уверенней. Ложь получилась очень правдоподобной.

- Можешь быть свободна, - кивнула мачеха, а я поспешила на выход. Я чувствовала взгляд, которым провожали меня.

Пройдя по коридору, я наткнулась на Сарру.

- Получилось? - спросила она полушепотом. Я кивнула.

На чердаке я пробыла довольно долго. За треснувшим окном черным покрывалом растеклась ночь.

- Агнес! - послышался голос мачехи, а я приготовилась к новой атаке. Я сбежала по лестнице, ожидая увидеть в кресле генерала, но нет… Там сидел совершенно другой мужчина. Три кресла стояли вокруг стола. В одном сидел Лоранс, в другом мачеха, а в третьем - незнакомец.

- … вот эти четыре зелья я беру, а на счет этого сомневаюсь, - послышался голос.

Я сунула любопытный нос в чужие дела, пока наливала чай. На столике стояли зелья и мой клей. Сомневались на счет клея.

- О, простите, господин! - обратилась я к Лорансу. - А вы бы не могли не продавать вот эту штуку…

Я указала рукой на клей.

Лоранс поднял на меня зеленые глаза.

- Я сказала о ней всем родственникам. И теперь они хотят купить ее. Даже тетка из Шельбурна сказала, что хочет купить ваш чудо- клей. Сколько бы он ни стоил! Она сказала, что скоро все маги останутся без работы, если все люди будут клеить ботинки, как она клеит своим детям! Так что, умоляю вас, не продавайте!

Незнакомец заинтересованно слушал, а я понимала, что шоу маст гоу он!

- А ну, девочка, подойти сюда, - послышался глуховатый голос незнакомца. Он был уже не молод. Седина украшала его виски и пробивалась в бороде.

- Это, - произнес Лоранс. - Владелец большой магической лавки в столице. Мистер Далборн.

Я поклонилась. Мачеха молчала.

- И что, говоришь, делает это зелье? - спросил он, а я осмотрелась и взяла флакончик.

- Как сказала моя матушка, скоро все маги в мире останутся без работы! - гордо произнесла я.

- Агнес! Займись чаем! Гость с дороги, так что очень устал! - послышался властный голос мачехи.

Я вернулась к чаю, понимая что мы всей семьей держим интригу. Ничего, я сейчас продам этот клей! Я взяла ножичек и стала резать кружевную салфетку. Салфетка была упрямой, накрахмаленной и не поддавалась… Но я очень старалась. С неимоверным усилием, я разорвала кружева.

- Ой, простите, госпожа! - пискнула я, незаметно тряся рукой. - Я случайно порезала вашу любимую салфетку!

- Что? - вскочила мачеха. - Мою любимую салфетку? Которая досталась мне в память о моей покойной матушке?

Вот тут-то я наложила кирпичей в панталоны.

- Не переживайте, госпожа. Если господин даст мне немного клея, она будет как новенькая, - произнесла я, видя, как полыхают яростью глаза мачехи.

Она выхватила у меня из рук салфетку.

Я опустила голову. И ведь мне действительно стало страшно. Не переусердствовала ли я с примером? Вид у мачехи был такой, что впору заказывать билеты на первый дилижанс и мотать отсюда.

- Простите, сейчас я все исправлю! - прошептала я.

Мачеха гневно бросила мне салфетку.

- Вычту из твоей зарплаты! - произнесла она.

Я взяла флакон, обмакнула палец в клей и стала осторожно приклеивать нитки друг к другу. Взялось намертво. Я подождала и …

- Покажите, - послышался голос покупателя.

- Что? - удивилась я.

- Салфетку! - потребовал он.

Я принесла ему и увидела, с какой дотошностью он рассматривает ее.

- А ваш этот… как его… клей… Он сможет починить то, что уже неоднократно чинилось магией? - спросил он, вручая целую салфетку мне. Я снова постелила ее под чайник.

- Не знаю. Надо попробовать, - произнесла я, видя, как господин лезет в нагрудный карман. Он бережно достал портрет.

- Это - портрет моей дочери. Я всегда вожу его с собой. Мы с ним попадали в разные передряги.., - заметил он, показывая мне миниатюру с курносой девочкой.- Маги уже отказываются его чинить. Говорят, слишком много раз мы это делали. Говорят, что остаточная магия остается, а новые заклинания плохо берут. И из-за этого они не могут ничего сделать…

Мне бережно показали сломанную рамку.

- Вы можете это сделать сами, если господин вам разрешит, - произнесла я. Волнение охватило меня, заставив немного поежиться.

Через минуту, под моим чутким руководством он промазывал клеем на салфетке место разлома.

- Прижмите! - произнесла я. - Чтобы лучше схватилось.

Я была увлечена процессом, не меньше, чем он. Торговец прижал и держал, пока я не сказала: “Хватит!”.

Он рассматривал целый портрет. А я радовалась, что клей прозрачный и место починки почти не видно.

- Крепко! - удивился торговец, отдаляя на руке портрет, а потом приближая, чтобы рассмотреть. - А держаться будет?

- Моя младшая сестрица, - тут же расширила я свою несуществующую семью, - Пролила клей. Так мы этот стул не могли отодрать от пола.

- И долго? - спросил торговец, что-то подсчитывая в уме.

- Может даже навсегда. Если опять треснет, то есть клей… - заметила я, возвращаясь к чаю, который успел немного остыть.

- Беру все, - произнес торговец, проверяя на прочность рамку. - Думаю, сто золотых хватит.

- За все? - спросил Лоранс. Мачеха довольно вздохнула.

- За один флакон! - произнес торговец, вертя в руках. Мачеха чуть не поперхнулась.

- Только если его открыть, он засыхает, - предупредила я. - Его постоянно нужно держать закрытым.

- Ничего, я разолью его по маленьким флаконам и буду продавать! - усмехнулся торговец.

Он выпил чай в два глотка, отсчитал деньги, а потом удалился.

Когда дверь закрылась, а карета уехала, мачеха повернулась ко мне.

- Браво! - усмехнулась она.

- Надеюсь, - прошептала я. - Это не любимая салфетка вашей матушки?

- Нет, что ты! - усмехнулась мачеха. Она спрятала мешочек с деньгами.

Лоранс что-то пробурчал и встал из-за стола. Вид у него был вовсе не счастливый. Он тут же направился к двери, а я не могла понять, в чем дело?

- Я смотрю, ты учишься, - заметила мачеха. - Я всегда говорила, что жизненные невзгоды делают женщину умнее и сильнее. И брак в том числе. С ленточкой ты очень хорошо придумала. Однако, генерал весь день расспрашивал меня, из какой ты деревни.

Радость немного померкла.

- Но я сказала, что мне плевать, из какой деревни служанка. Главное, чтобы хорошо работала, - произнесла мачеха. - Этот интерес к тебе меня уже начинает нервировать.

Я согласилась и направилась в сторону чердака, как вдруг услышала позади себя шаги. Обернувшись, я увидела генерала. Сориентировавшись, я юркнула в темноте на чердак, закрыла дверь и притаилась.

Понервничав немного, я стала укладываться спать. И почему это Лоранс так расстроился? Неужели он не рад? Это очень хорошая цена за зелье! Мучимая этой загадкой я уснула.

Утром я решила проведать свои растения и полить их. Трогая бантик, словно оберег, я направилась в сад. Сейчас я перевесила его на шею. И в зеркале напоминала кошку.

Моя маленькая фазенда включала в себя двадцать грядок. Я обошла их, глядя на первые ростки. Потрогала землю. Сухая. Пришлось идти за ведром.

Только я развернулась, как увидела тень, которая ложится поверх моей.

- Доброе утро, - произнесла я, щурясь на солнце.

- Доброе, - произнес генерал.

Невозмутимо, словно его и не было вовсе, а меня за углом ждут звиздюли от хозяйки, я направилась набирать воду. Идя обратно с ведром, я увидела, как генерал бросился ко мне и попытался отобрать ведро.

- Вы… вы что делаете? - удивилась я.

- Не хочу, чтобы такая хрупкая девушка поднимала тяжести, - послышался голос.

Это было ранее утро, а я была удивлена, что он не спит. Обычно гости спят почти до самого обеда.

- Отдайте, - произнесла я.

- Не отдам! - усмехнулся дракон.

- Я кому сказала, - произнесла я, пытаясь отобрать ведро. - Идите в дом.

- Это еще почему? - спросил дракон, уводя ведро от моей руки. Я была возмущена.

- Потому что вы слишком рано встали, - произнесла я, зная, что мачеха обычно спит до десяти.

- Я всегда встаю рано, - послышался голос. - Давай я тебе помогу.

Помочь? Я недоверчиво посмотрела на мужа, видя, с какой легкостью он несет ведро. “Поливочная система Дракон”, - пронеслось в голове, а я вздохнула.

- Куда лить? - спросил он, а я присмотрелась к нему. Это был другой человек. Не тот, которого я встретила.

- Давайте я сама, - проворчала я, а он рассмеялся и плеснул.

- Ну кто так льет! - возмутилась я. - Вы же заливаете! Это что за озеро получилось!

Я слышала его смех, и сама невольно улыбнулась. Поймав себя на этой мысли, я с усилием собрала губы в бантик.

- Чуть-чуть, - произнесла я со вздохом. - И не на само растение. А рядом. А вот тут нужно поливать само растение…

Я видела, как течет вода из ведра, поглядывая на мужа. Он не приставал. Не лез целоваться. В целом, вел себя очень мило.

- И вот тут плесните, - произнесла я, показывая на чахлый росток. - А я пока пойду бороться с полчищем врагов. Вам лучше вернуться в дом. Спасибо, что помогли.

Я услышала смех. И тоже чуть не улыбнулась. Признаться честно, таким он мне нравился намного больше.

- И что за враги? - спросил он, а я показала на огромные колючие сорняки. Они были примерно до колена, но кололись ужасно.

- Я так понимаю, это у нас пехота, - заметил генерал.

- Пехота, - произнесла я, показывая на мелкую поросль. - Это у нас вот. За день вырастают. А это уже кавалерия!

- И на чем же они едут? - спросил дракон, присаживаясь рядом.

- На моих нервах! - ответила я, выдирая огромный куст. Вот зараза! А корень-то остался. Тут только часть корня!

- А это я, так понимаю, маги… - заметил он, а я согласилась. Небольшие растения, похожие на цветы чеснока, стоит к ним прикоснуться, как они тут же разбрасывались по всей округе. Местные называли их огнестрелкой. Потому что стоит ему впиться в тебя, мало не покажется! Чувство, словно спичкой прижгли. Поэтому их нужно было не рвать,а бережно срезать. И уже потом воевать с корнем.

Я не заметила, как мы уже час разговариваем о растениях. Я поймала себя на том, что с воодушевлением рассказываю о каждом.

- Вам это и правда интересно? - спросила я, глядя на свой маленький клочок обработанной земли. Мне почему-то казалось, что он интересуется этим лишь бы поговорить.

- Признаться честно, это довольно интересно. Особенно борьба с магами. Я бы попробовал вот так… Дай сюде ведро. По-крайней мере, мы на поле боя поступаем именно таким образом, - произнес дракон, беря пустое ведро. - Сначала нужно уничтожить магов. От них больше всего потерь.

Он толкнул ногой растение, тут же накрыв его ведром. Послышался звук, словно что-то ударяется о ведро.

- Держи, - произнес генерал, а видела как огнестрелка вся облетела, а ее проклятые семена лежат вокруг.

Я с легкостью выдернула его с корнем. Нет, а что? Мужик дело говорит! Я досадовала, что сама раньше не додумалась до такого.

- Ты сама выходишь замуж или тебя выдают? - внезапно спросил генерал.

Визуал и выбор.

Генерал, то есть муж, интересуется, сама ли я замуж собралась. Или все-таки родители. 1. Сказать, что сама. И очень люблю жениха

2. Сказать, что родители настаивают.