Глава 4

Ангелина

Пальцы мгновенно заледенели. Холод пробежал по спине, заставляя кожу покрыться мурашками. Я нервно сглатываю и перевожу взгляд на сестру. Она стоит неподвижно, внимательно наблюдая за моей реакцией. В ее глазах я уже читаю страх вперемешку с паникой.

После побега Олега к ней часто приходили именно ночью. Она до сих пор не может оправиться от этого. Первые полгода она даже спала с включенным светом, потому что боялась просмотреть того, кто дергал ее ручку ночью в попытке открыть или же напугать беззащитную женщину. Сестра до сих пор боится сумерек, старается возвращаться домой, когда еще светло. Труднее всего ей приходится зимой, когда сумерки наступают рано.

Она двигается к двери, но я перехватываю ее руку. Вскидывает растерянный взгляд на меня, я киваю в ответ на ее немой вопрос. Умом я понимаю, что скрываться долго от мужа все равно не получится. В этом нет никакого смысла. Сейчас я не готова к диалогу с ним. В голове все еще стоит образ его измены и той брюнетки, лицо которой кажется мне слишком знакомым.

Когда я оказываюсь напротив двери, слышу странный звук, а затем отборную брань. Небольшое сомнение пробегает внутри, сжимаясь где-то в зоне солнечного сплетения.

Что, если это совсем не Ярослав? Что, если те бандиты вернулись? Если им мало? Или же Олег вновь создал сестре новые проблемы?

Если все так, то что нам с Леной делать? Раньше бы я позвонила мужу. Он всегда приезжал и никогда не отказывал. Но сейчас я вряд ли смогу это сделать.

Я смотрю мельком на сестру. Она бледная, дышит часто. Глаза расширены от страха, а руки слегка дрожат. Она замечает мой взгляд и старается ладонями обхватить себя, чтобы хоть как-то скрыть тревожность.

Внутри меня что-то еще сильнее сжимается, закрутив нервы в самый настоящий тугой узел, заставив сердце биться быстрее.

Примерно я понимаю, насколько сильно запугали сестру. Что говорили. Как угрожали. Видимо, все мои догадки и представления были далеки от реальности, а Лена делилась далеко не всей информацией.

Сделав над собой усилие, я прислоняюсь к глазку, и именно в этот момент худощавый незнакомец в серой стеганой куртке падает прямо на первую ступеньку лестничного марша, выдавая очередную порцию мата и проклятий.

— Лен, — я тихо зову сестру. — Тут… мужчина… он, кажется, пьян.

Она осторожно, почти бесшумно приближается ко мне, и я уступаю ей место, заметив, что она только еще сильнее напрягается.

— Фух, — выдохнув и даже чуть улыбнувшись, она на несколько секунд прислонилась лбом к светлой обивке входной двери. — Это сосед наш сверху. Прямо над нами живет. В целом он безобидный, но бывает, перебирает с горячительными напитками. Утром извиняться придет. Зуб даю.

Сестра снова улыбается, на этот раз только шире.

— Ладно. Хватит уже сидеть, пора ложиться спать. Утром Лизу в садик нужно отвести. С Владиком к педиатру сходить. Не представляю, как все успеть. Я же еще две подработки взяла. Давай-давай, топай в комнату.

Не перечу сестре. Мозг и вправду отказывается соображать. Мысли все время только и возвращаются в его кабинет. Туда, где его рука скользила по гладкой смуглой коже девушки. Туда, где она откидывалась на его коленях. Туда, где мой брак окончательно закончился.

Ложусь рядом с сыном и поправляю одеяло. Слезы наконец-то прорываются. Слишком долго терпела, а в темноте, рядом с сопящим сыном слабость дает о себе знать. И как только я могла не замечать, что наша семейная жизнь сводилась к странному расписанию? У меня сын и быт. У него работа. Мы даже и не разговаривали. Просто не было времени. Утро ему рано на работу. Днем я с сыном в бассейне или на массаже. Вечером уже только спать оставалось. Интимной жизни у нас практически и не было после родов. Говорят, измену сразу замечают. Видимо, я и тут неправильная.

Тихо шмыгнув носом, я прикрываю рот ладонью. У сестры однокомнатная квартира. Трешку в центре, которая нам досталась от родителей, пришлось продать, когда к Лене пришли кредиторы Олега. Они же и помогли нам продать ту квартиру. С несовершеннолетними детьми сделать это законным путем просто невозможно. Но закон оказался у тех, у кого есть власть.

Лев начинает возиться, двигать носиком и сжимать маленьким кулачком край одеяла.

— Т-ш-ш-ш, — тихо произношу и кладу руку на его бок.

Нас со Львом сестра положила на свой диван, а сама ушла на кухню спать. Я хотела сама туда пойти, но Лена настояла на обратном. На маленьком полуторном диване спит племянница Лиза, а в кроватке — Владик.

Смотрю на сына, вновь вижу в нем волевые черты его отца. Ярослав мне так и не позвонил. И я уже не уверена, хорошо это или плохо. Знаю характер мужа, он собственник и просто так не отпустил бы нас. Или же мы с сыном ему не так важны. Я не так важна.

Боль от осознания того, что мой муж остался рядом с той брюнеткой, пронзает тело. Но я упорно запрещаю себе хоть что-то представлять. Мне просто нужно найти выход. Может, он просто даст развод? Или же… его точно сможет убедить отец. Свекор — человек авторитетный, после смерти родителей взял нас с сестрой под опеку. Завтра я с ним поговорю. Он точно сможет убедить Ярослава дать мне развод.