Глава 35

Никогда еще не-служанки не занимались моей внешностью с такой подчеркнутой тщательностью. Да-да, знают, в чем их вина. Мало того, что запустили ко мне доктора, это ладно. Но согласиться не входить в мою комнату, даже несмотря на крики, которые могут из нее доноситься, – это уже слишком!

Нет, конечно, в каком-то смысле я могла их понять, сама раскусила доктора далеко не сразу. Все-таки мои преклонные года и мой богатый жизненный опыт дают не только плюсы вроде мудрости и знания о жизни, но и кое-какие неприятные побочные эффекты. Например, привычку доверять докторам и выполнять все их рекомендации. Будь этот негодяй каким-нибудь министром или, к примеру, распорядителем балов – десять раз бы подумала, стоит ли его слушать.

А ведь я куда раньше могла догадаться, кто отравил княгиню. Например, когда слушала, с каким восторгом мой персональный эскулап отзывается об искусстве моего же отравителя. Я-то думала, это у него профессиональная зависть и восхищение, ан нет, все только личное. Ни доктор, ни второй мой обидчик, молодой хлыщ, так нигде и не появились, хотя князь всем стражникам княжества разослал портреты и дал строгий наказ – поймать и задержать. Но об этих двоих я не особенно-то беспокоилась, вряд ли они когда-нибудь рискнут появиться на территории княжеского замка. А вот кое-кто приходит сюда как к себе домой. Как раз с ними и следовало разобраться.

Я покрутилась перед зеркалом. Хороша!

С пудрой, пожалуй, перебор. Но тут уж ничего не поделаешь, такова здешняя мода. Сейчас оно и к лучшему, слой косметики скрывает следы вчерашних переживаний и полубессонной ночи. Ох, если так пойдет и дальше, нам с князем нужно будет каждую неделю устраивать выходные и выставлять стражу где-нибудь в центре замка, между нашими покоями. Просто для того, чтобы время от времени высыпаться. Впрочем, я сомневаюсь, что, если князь захочет ко мне прорваться, какая-нибудь стража сможет его остановить.

Высоких гостей мы с князем принимали в тронной зале, здоровенной и пафосной, как все помещения такого рода. Сидели мы, как и положено по определению, на тронах. А вот коллегам, южному князю и его супруге, увы, достались кресла пониже.

Речь держал мой супруг. Она была витиеватой и длинной, уже к середине я прониклась к нему самым искренним уважением. Даже если ее написал какой-нибудь неведомый спичрайтер, выучить эту штуку наизусть – уже достижение.

Он в самых пафосных выражениях обрисовал, как счастлив тому, что между нами и нашими странами наконец-то восстановился мир. И как был рад приветствовать благородную чету в своем замке. И заодно какое невыразимое счастье доставило ему их решение задержаться подольше, чем требовал установленный для таких случаев протокол.

В этом месте прекрасная Жасмина побледнела и сжала зубы. В отличие от своего супруга, она уловила намек. Еще несколько раз разными словами выразив свое счастье по поводу их визита, князь наконец перешел к главному:

– К сожалению, у нас тут не все гладко. Кто-то покушался на жизнь моей супруги. Сами понимаете, это не шутки, а попытка убийства буквально второго лица в княжестве.

– Нам об этом ничего не известно, – быстро вставила Жасмина и бросила на меня быстрый взгляд, в котором явственно читалось: ты меня в это не впутаешь.

– Разумеется, разве мог бы я даже подумать такое! Уверен, если бы вы хоть что-то об этом знали, сразу же сообщили бы нам. В духе заключенных соглашений и в качестве демонстрации своих добрых, дружественных намерений.

В этом месте Жасмина снова побледнела, да и супруг выглядел уже не так уверенно.

– Но, к счастью, это не понадобилось. Мы сами нашли преступника.

– В самом деле? – снова быстрее, чем следовало, спросила Жасмин.

Да уж, если она претендует на звание умной женщины, ей бы иногда подержать язык за зубами. Впрочем, это искусство порой неподвластно даже самым умным представителям рода людского.

– Да-да, там вскрылся целый заговор против короны. Огромное количество вовлеченных, в том числе и довольно высокопоставленных, – напропалую врал мой супруг.

На этот раз княгиня промолчала, лишь удивленно взметнула брови.

Ну да, если я не ошибаюсь (а я почти уверена, что не ошибаюсь) и информацию о преступлении они получили из первых рук, хорошенько допросив под гипнозом доктора, то прекрасно знают, что никаких сообщников у него не было. Но сказать об этом, не выдав себя, не могут.

– Да-да, целый заговор с целью переворота. Так что сейчас, сами понимаете, полетят головы. Планируется большое количество казней, многие причастные отправятся на каторгу, палач будет работать без выходных и перерыва на обед. В общем, обычная в таких случаях рутина.

Похоже, в этот момент нашим высоким гостям уже стало ясно, на что он намекает.

– Все это, прямо скажем, мероприятия не слишком привлекательные. И к тому же не уверен, что в этой ситуации смогу обеспечить достойную защиту таким высоким гостям. – Мой дипломатичный супруг сокрушенно развел руками.

Южный князь какое-то время молчал, но затем с не меньшей витиеватостью ответил, что государственные дела давно ждут его дома. И он давно уже хотел с прискорбием сообщить, что ему вместе с супругой и прочей делегацией пора отправляться домой. Кто знает – может, в отсутствие самодержца там тоже не все в порядке: от этой оппозиции можно чего угодно ожидать.

Все закончилось роскошным обедом с обильными возлияниями заморских вин. И вскоре княжеская чета отбыла восвояси. Я перевела дух. По крайней мере, этот гипнотизер-подкаблучник не будет рыскать по нашему замку. Но у меня оставалось еще одно важное дело.

Я вернулась в комнату. Мои девицы тут же образовались рядом, всем своим видом выражая готовность немедленно меня переодевать, мыть – в общем, производить все то, что любой здоровый человек, имеющий руки и ноги в нужных местах, может сделать самостоятельно.

Я их остановила:

– А с вами, мои хорошие, у меня будет серьезный разговор.

– Простите!

– Мы так виноваты!

– Это было недопустимо! – запричитали они наперебой.

– Замолчите уже! Я вас не виню и давно уже простила. А поговорить хочу совершенно о другом.

Они притихли и стали внимательно слушать.

– Я считаю, что одно человеческое существо ни в коем случае не должно принадлежать другому. Так что, – я сделала паузу, чтобы обозначить торжественность момента, – хочу вам объявить, что вы свободны.

С минуту в комнате стояла оглушительная тишина. Потом она взорвалась ревом. Мои девицы плакали навзрыд, всхлипывали и даже немножечко подвывали.

– Эй, вы чего? – испугалась я. – Вы же это от радости? – предположила несмело, но уже была почти уверена, что это мое предположение неверное.

– Мы очень, очень виноваты! Накажите нас, если нужно! Хотите – вон за косы оттаскайте или без еды оставьте на неделю. А то ведь и розог можно всыпать!

– Зачем? – Я ничего не понимала.

– Только не прогоняйте!

Я совершенно растерялась.

– Да я не прогонять… я, наоборот, чтобы вы были свободными людьми. И никто вас не выгонит, живите в замке, сколько хотите.

Они замолчали и уставились на меня недоверчиво.

– То есть мы будем жить в замке?

– А кто вас будет причесывать? Наряды подбирать?

– Завтрак подавать? Да и вообще присматривать за вами?

Я пожала плечами.

– Ну не знаю, думаю, со всеми этими задачами сама справлюсь. А если не справлюсь, то князь горничную наймет. По справедливости, за зарплату.

Ответом мне снова был дружный рев. Кажется, еще громче, чем в первый раз.

– Ну а сейчас-то что не так? – Я была почти в отчаянии.

– Да нас родня проклянет за такое вероломство, да мы и сами себя проклянем! Это как же так – госпожу абы кто будет собирать, руками своими грязными касаться…

Я вздохнула.

– Ну ладно, хотите – вы будете выполнять вашу работу, но тоже по-честному – за деньги. Чтобы трудовой договор, отпуск, больничный.

Я уже приготовилась услышать новую порцию рева. Но его не последовало. Зато одна из них спросила, тихо и настороженно:

– Это что же вы предлагаете – служить за деньги?

– Ну да, – радостно кивнула я. Неужели мы наконец договоримся?

В следующее мгновение взревели втроем в один голос, на этот раз еще и запричитали:

– Служить?

– Прислуживать? Это же какой позор!

– Оскорбление!

Я схватилась за голову.

Переговоры с не-служанками длились еще добрый час. В конце концов мы договорились, что они остаются моей личной собственностью. Увы, тут традиции оказались сильнее здравого смысла. Но зато им теперь положен один выходной в две недели (на большее они не согласились), а к выходному прилагается небольшая сумма на мелкие расходы. Нет-нет, ни в коем случае не в оплату их услуг, а просто так, по хозяйкиной милости!

Я хотела обсудить еще хотя бы две недели отпуска в году, но стоило мне об этом заикнуться, глаза моих девиц стали такими дикими, что я решила: с этим можно подождать. В конце концов, мы только начали наш пусть к цивилизованному сотрудничеству.

– А о том, что вас могут оттаскать за волосы, лишить еды или всыпать розог, и думать забудьте!

Подводя итог, можно сказать, что в деле по борьбе с рабством я пока не преуспела. Но какие мои годы! А на должности княгини протолкнуть кое-какие реформы, думаю, мне будет под силу…

Кстати, должность княгини дает не только привилегии, но и обязанности! И одну из них я не против выполнить… Да хоть бы и прямо сейчас. Отпустив восвояси своих не-служанок, я стала перебирать содержимое комода с бельем. Кажется, я окончательно выучила дорогу к покоям моего супруга. Самое время это проверить!